Историко-критический метод

Грамматико-исторический метод

Имеет своей предпосылкой либо отрицание богодухновенности Священного Писания либо отделяет богодухновенность от непогрешимости.

Имеет своей предпосылкой веру в богодухновенность Священного Писания, неотделимо от его непогрешимости.

Применяет к Писанию презумпцию виновности, то есть: Библия ошибочна пока не будет доказано обратное.

Основывается на уверенности в безошибочности библейских текстов.

Подвергает сомнению историчность новозаветных повествований, зачастую не рассматривая новозаветные тексты как археологические документы, наравне с не библейскими письменными свидетельствами.

Воспринимает новозаветные повествования, как исторически достоверные, рассматривая древние рукописи, как авторитетные свидетели доподлинно исторических событий.

Строит свои выводы о противоречиях в содержании текстов Писания с историческими свидетельствами, опираясь на максимально позднюю датировку написания новозаветных автографов.

Датирует автографы, максимально согласованно с историческими и археологическими свидетельствами не в ущерб свидетельству их содержания.

Применяет к истолкованию евангелий предполагаемую литературную зависимость. Как правило, ставя источник Марка и гипотетический источник "Q” в основании для Матфея и Луки.

Толкует евангелия как не имеющие прямой зависимости друг от друга, не отвергая при этом возможного использования общих для евангелистов письменных источников на ряду со свидетельствами из памяти очевидцев (у Матфея и Иоанна) и устной традицией переданной от апостолов (для Марка и Луки).

При выборе первоисточников в написании евангелий пользуется эволюционной методологией от простого к сложному, и исходя из этого постулирует евангелие Марка, как более простое, а значит первое в цепочке литературной зависимости.

Не считает евангелие Марка более простым богословски или же литературно, и не считает приемлемой при истолковании евангелий использовать методологию эволюционистов.

Отказывает Иисусу в праве на повторения проповедей, отдельных высказываний или действий, без подозрения евангелистов в дубляжах, обязательно толкуя дубляжи как результат двух разных традиций одного и того же события.

Толкует похожие события, или высказывания Иисуса имеющие различную историческую подоплеку, как повторения либо слов, либо деяний в разных обстоятельствах.

Считает невозможным, если признавать богодухновенность, составление материала, часто совпадающего по содержанию, формулировке и порядку, без необходимости объяснить эти феномены, не иначе как посредством механической диктовки.

Определяет богодухновенность не как результат механической диктовки, а как  результат Божьего провиденциального влияния на составления авторами богодухновенных текстов задействуя при этом их исследования, личные качества, опыт и память о событиях и словах Христа.

Объясняет содержание новозаветных текстов не как доподлинно исторические свидетельства о действительных жизни, деяниях и свидетельстве Иисуса Христа, а как Sitz im Leben ранней церкви, прошедшее редакторскую обработку.

Рассматривает содержания евангелий как доподлинные свидетельства о действительных событиях из жизни, служения и свидетельства Иисуса Христа, которые послужили основанием веры древних христиан.

Отвергает сверхъестественные события, основываясь на рационалистической предпосылки о невозможности таковых.

Не подвергает сомнению достоверность сверхъестественных событий, описанных в новозаветных текстах.

Объясняет предполагаемые противоречия в словах Христа, записанных в Евангелиях, как результат редакторской работы, списывая их на разные традиции одного и того же изречения.

Проводит согласование евангелий, объясняя предполагаемые противоречия в изречениях Иисуса, как ipsissima vox, либо не связывая евангелистов рамками дословного цитирования, либо объясняя их как перевод на греческий с еврейского или арамейского языков, на которых предположительно говорил Иисус.

Либо вовсе игнорирует, либо не предает большого значения историческому свидетельству церкви, которая на протяжении 17 веков не сомневалась в исторической достоверности новозаветных текстов.

Подкрепляет свою аргументацию многовековым свидетельством церкви об исторической достоверности новозаветных текстов.

Любые доводы, объясняющие и примиряющие предполагаемые противоречия в евангелиях, отвергаются, если они идут в разрез с доминирующей гипотезой двух источников (Марк и Q).

Стремится примирить противоречия в евангелиях не в ущерб их целостности историчности и достоверности.

Изучает повествование, заглядывая в свете истории за текст, с целью выявить, что же произошло на самом деле и теперь описывается или подразумевается в тексте.

Изучает повествование, выявляя достоверный смысл сказанного путем грамматического анализа самого текста, в корпусе исторического контекста.

Проводя наблюдения в тексте с заведомой предпосылкой литературной зависимости, подчиненной Sitz im Leben, выдвигает предположения, строит гипотезы и создает теории происхождения евангелий, их авторства и времени написания.

В вопросе о происхождении евангелий, их авторства и времени написания опирается на внутренние свидетельства новозаветных текстов, а так же на свидетельства ранней церкви.

Подразумевает что так называемый Иисус евангелий – это не тот Иисус, который ходил по Палестине в I веке.

Не проводит различия между Иисусом Евангелий и Историческим Иисусом, считая, что евангелия представляют Иисуса,
таким каким он и был на самом деле.

Считает, что единственно верным и научно приемлемым методом истолкования сходств и различий в евангелиях будет признание в них литературной зависимости, и расчленение их текстов на гипотетические источники.

Постулирует, что единственно верным методом для истолкования сходств и различий в евангелиях является согласование или гармонизация.

Ставит разум человека высшей инстанцией, для определения истины заявленной в Священном Писании, подвергая её сомнению посредством критики.

Подчиняет разум человека Писанию, как высшему критерию в толковании истории и понимании значения Библейских текстов.